Борис Смелов фотографировал с детства. Фотографии учился во Дворце пионеров у Бориса Ритова. Получал призы на детских конкурсах, но, по его словам, «настоящее осознание фотографии как искусства пришло, когда я уже кончал школу. К этому времени относятся первые успешные фотографии» (интервью журналу «Советское фото». 1988. №10). Жил Борис «вместе со своей мамой Натальей Николаевной Смеловой, врачом-педиатром (расставшейся с отцом Бориса Иваном Васильевичем Поповым, киномехаником, когда Боре было пять лет), старшим братом и бабушкой, бывшей бестужевкой. Каждый раз, когда бабушка брала с собой юного Борю на ежегодные встречи выпускниц бестужевских курсов, Борис фотографировал их и в результате создал целую серию портретов бестужевок» (Мария Снигиревская).
Борис Смелов в 1961 году впервые взял в руки фотоаппарат, а в 1968 уже осознавал себя художником. Случай редчайший – большинство фотографов его поколения по сей день считают себя если не ремесленниками, то мастерами фотографии, но никак не художниками. Для фотографа основная цель – сделать «хороший снимок», т.е. технически совершенный, для художника – качественный снимок лишь средство для построения уникального художественного мира. Может быть, потому что Смелов в детстве посещал кружок рисования, а в юности вращался в артистическом сообществе (художники, поэты, музыканты), он склонен был идентифицировать себя на шкале художественного творчества в большей степени, чем в сфере технического мастерства. «Для меня же в любой работе важнее, чем точная фотофиксация натуры, авторский взгляд на мир, человеческая позиция художника. Без этого снимки пусты и холодны… Культура автора всегда так или иначе проявляется в его произведениях. И, думаю, без любви к философии Достоевского, живописи Ван Гога, музыки Моцарта, не только я сам, но и мои работы были бы беднее» («Советское фото». 1988. №10).
Причисляя себя к «представителям интуитивной, эмоциональной фотографии», т.е. ориентируясь при съемке на свой эмоциональный и умственный настрой, он вместе с тем в качестве образца держал «идеальные» кадры, которые являлись ему в пограничных состояниях (снах, грезах, фантазиях, в раскрепощенном алкоголем сознании и т.д.). Это постоянное стремление воплотить «сверх-кадр» выражалось в невероятной требовательности к себе как во время съемки (вечное недовольство собой, атмосферными условиями), так и в процессе печати (огромное количество пробных отпечатков). Он невероятно много снимал и печатал, но при этом осуществлял жесткий отбор собственных фотографий. Именно поэтому у него было всего две прижизненные персональные выставки с начала перестройки – в 1993 году в галерее «Борей» и в 1997 – в Финляндии.
С полным текстом о Борисе Смелова можно ознакомиться тут…
В 2024 году в нашей галереи прошла выставка Бориса Смелова — АВТОПОРТРЕТЫ И ПОРТРЕТЫ
